11 октября 2010

Выступление Государственного советника Татарстана М.Ш.Шаймиева на 185-й сессии Исполнительного совета ЮНЕСКО


Уважаемый господин Председатель, Уважаемые члены Исполнительного совета ЮНЕСКО! Дамы и господа! Разрешите, прежде всего, поблагодарить вас за приглашение принять участие в дискуссии. Расцениваю это как признание опыта Республики Татарстан в деле сохранения и упрочения высокого уровня этноконфессионального взаимодействия и сотрудничества в условиях сложных перестроечных лет (1990-2010гг.) в России, и на фоне происходящих в мире и сегодня конфликтов, в основе которых имеет место быть состояние межкультурного диалога в контексте культуры мира. Татарстан - это одна из динамично развивающихся республик Российской Федерации, располагающая мощным промышленным, научно-техническим и образовательным потенциалом. У нас в республике проживают порядка ста национальностей, подавляющее большинство которых составляют татары (52,9%) и русские (39,5%). Следует отметить, что татары в Российской Федерации являются вторыми по численности. Имеют тюркские корни, богатое культурное наследие. Большая часть татар проживает вне пределов республики - по всей России и за её пределами. В республике преобладают ислам и православие. В нынешних условиях общественного развития международный диалог затрагивает широкий круг вопросов, это экономика, экология, культура и другие не менее важные проблемы. В то же время тема «диалога культур и цивилизаций», активно поддерживаемая ЮНЕСКО, представляется мне наиболее важной и перспективной. Как известно, сегодня, как никогда, усиливается взаимодействие между цивилизациями. Расстояния и природные преграды всё более перестают играть роль сдерживающих факторов. Межцивилизационное пространство уплотняется. Миграционные потоки нарастают. Мы становимся свидетелями того, как люди устремляются искать свою долю в страны с высоким уровнем развития, туда, где жить комфортно. С этим воочию столкнулась Европа, присутствуют точки напряжения и на территории бывшего СССР. На мой взгляд, в этих условиях очень многое зависит от лидеров государств. Прежде всего, важно не допускать поспешных выводов и ошибок, принимать взвешенные решения, ведь речь идёт о слишком тонкой материи. Мощным фактором «подогрева» цивилизационной самоидентификации является религия и связанные с ней традиции. Причём нежелание поступиться привычным образом жизни (и пониманием этой жизни) достаточно ярко демонстрируют как представители коренного населения, так и переселенцы. Обе стороны оказались не готовы к совместному проживанию и, как правило, не обладают опытом урегулирования такого рода проблем. В то же время, в мире есть и успешные практики межцивилизационного взаимодействия, которые могли бы быть востребованы для употребления. К такой возможности я отношу и опыт Татарстана – республики, быть президентом которой, в течение девятнадцати сложных лет приходилось мне. За эти годы я убедился, что путь к взаимопониманию - только через диалог, каким бы он не был сложным. Взаимодействие культур, их диалог - наиболее благоприятная основа для развития межэтнических, межнациональных отношений. Только в таком диалоге происходит преодоление стереотипов и взаимообогащение, формируется фундамент для разрешения любого конфликта. И наоборот, когда в обществе есть межэтническое напряжение и тем более, межэтнические конфликты, то диалог между культурами крайне затруднен. Поэтому толерантность, в том числе и этноконфессиональная, должна поддерживаться и культивироваться государствами, в том числе через законы, учитывающие особенности всех народов и конфессий. Такой подход должен быть аксиомой международной практики. Актуальность такого подхода мы непосредственно ощущаем на примере обновляющейся России, которая в течение многих веков функционирует как многонациональное и поликонфессиональное сообщество. Если межнациональные отношения в большей степени регулируются через политику государства, то диалог между конфессиями в России в течение многих веков функционировал в основном как сосуществование двух основных мировых религий. Его нельзя рассматривать как некий компромисс между религиями, он не затрагивал их догматических постулатов. Общие условия вели к тому, что приверженцы одной религии пытались при помощи своей веры и самосознания понимать и уважать другую религию, даже если они не разделяли её положений. Исламо-христианское пограничье, которое как уникальное явление формировалось в Среднем Поволжье, именно на этих принципах. Причём рассматривая исторический контекст веротерпимости присущей данной территории, надо иметь в виду, что исламские государства возникали вдали от центров исламской цивилизации и в иноконфессиональной среде. Примером того выделю событие, которое произошло в Волжской Булгарии в 922 году на территории нынешнего Татарстана. Тогда Булгарское государство добровольно приняло ислам. Это подтверждается официальными историческими актами. Процесс поиска оптимальной модели межконфессиональных отношений продолжался и после потери татарами своей государственности в 16 веке. Для межконфессионального диалога необходимы были смелые и гибкие идеи, способные возродить мусульманское общество и предложить пути выстраивания новых отношений с представителями других конфессий. Известные татарские богословы Г. Курсави, Ш. Марджани явились основоположниками этого нового движения у российских мусульман под названием джадидизм. Джадидизм, - определявший одну из основных тенденций общественной мысли мусульман России второй половины XIX - начала XX вв., служил именно этим целям. Возникший как реформа системы религиозного образования, джадидизм изначально был призван выполнять более широкие задачи, выходящие далеко за пределы этой системы: мусульманское общество нуждалось в новой системе мироощущения, в новых ценностных ориентирах. Перенесение центра тяжести с чисто богословских проблем на вопросы социально – культурологические предполагало новые подходы к их постановке, более высокий уровень мышления. Это создало новые условия и для конфессионального диалога, открытости в отношениях. В современных условиях, когда очевидна необходимость взаимодействия представителей различных религий в мире, особенно высоко возрастает роль подобного богословского течения в выстраивании цивилизованных отношений, построенных на принципах веротерпимости. И не случайно в настоящее время теологи, богословы все чаще обращаются к джадидизму в поисках ответа: каким должен быть евроислам. Уже в новейшей истории наших народов, после 70-ти летнего эксперимента в СССР по строительству атеистического общества, чего в мире не испытывал ни один народ, мы в ходе перестройки стали живыми свидетелями бурного возрождения религий. На собственном опыте убедились, что вера неистребима. С глубины веков нашу территорию населяли самые разные народы, которые для России являются коренными, для них Россия - Родина. Поэтому в современном Татарстане идея функционирования республики как полиэтнического, поликонфессионального, поликультурного сообщества провозглашена приоритетной во внутренней политике. В значительной степени именно политика соблюдения баланса культур и конфессий, обеспечивает толерантный характер этноконфессиональных отношений. В судьбоносный период для Российского государства Татарстан сделал краеугольным камнем своей модели развития общественную и межнациональную стабильность. Это легло в основу и политического диалога с высшими федеральными органами власти. Как известно, в тот период Татарстан и Чеченская республика, не подписавшие федеративный Договор, оказались вне правового поля Российской Федерации. В этой ситуации Татарстан избрал путь переговоров. Диалог проходил в условиях провозглашения Татарстаном Декларации о государственном суверенитете республики в 1990 г., проведения референдума о статусе республики и принятия новой Конституции Татарстана. Все это воспринималось как угроза целостности России. В результате, через крайне сложные длительные консультации, нам удалось подготовить и подписать Договор с Российской Федерацией о взаимном делегировании полномочий. Как показало время, это был единственно верный путь мирного разрешения конфликта. Одновременно эти шаги способствовали выбору пути развития России как федеративного государства. Считаю, что такой подход ценен особенно для стран со сложным национально-территориальным и этноконфессиональным устройством. Межкультурный диалог в нашем регионе имел место всегда, за исключением лишь незначительных этапов в истории народов. Именно периоды обострения отношений и привели к пониманию неэффективности противостояния, способствовали постепенному складыванию той модели гармоничного и мирного сосуществования конфессий, которая для нас стала устойчивой реальностью. Это бесценное богатство. Такой опыт заслуживает более широкого изучения и использования. Во многом он является уникальным. Не случайно, на это обращают внимание и международные деятели. Так, комиссар Совета Европы по правам человека Альваро Хиль-Роблес, выступая на международной конференции в Казани в феврале 2006 года под девизом «Диалог, веротерпимость, просвещение в рамках цивилизаций и культур», говорил, что «в Татарстане есть такой диалог, которого в других местах России нет». Отвечая на вопрос, в чем он видит секрет такого успеха, он сказал: "Я думаю, что здесь есть еще такой момент, как культура диалога, которая вырабатывается в многообразии. … Я общался с представителями конфессий, и позиция священнослужителей была открыта для диалога. Там не услышишь отрицания правды другого. Для меня как раз это была такая реальность, которую я до этого в России не видел. Если есть хотя бы несколько мест, в Европе таких, цивилизованных, которые можно приводить в пример, - то это как раз Казань». Альваро Хиль-Роблес, как мне кажется, уловил очень существенный момент в межконфессиональных отношениях в нашей республике. Действительно, отношения между представителями разных конфессий в Татарстане настолько гармоничны и пронизаны идеями здравого смысла, что они выработали своеобразный иммунитет на проникновение в эту среду надуманных проблем. Возможно, поэтому не выглядит парадоксальным и то, что исламо-христианский диалог, сложившийся в Татарстане, является более убедительным и целенаправленным, чем внутриконфессиональные отношения внутри христианства. Госсекретарь США Хилари Клинтон, во время посещения в сентябре прошлого года Казани, обратила внимание, что «Казань - модель мирного сосуществования людей, исповедующих разные религии. А Соединенные Штаты как раз стремятся укрепить диалог между религиями. У вас это не абстрактно, а как раз то, что мы ищем. Мы хотим создать программы, которые смогут научить людей жить вместе». Здесь было бы уместно привести в качестве примера историко-архитектурный комплекс «Казанский Кремль», который является одним из 15 объектов, представляющих Россию в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО. Он стал ярким примером диалога конфессий и продуманной межконфессиональной и национальной политики. Неслучайно в ходе празднования 1000-летия Казани наряду с открытием в Кремле возрождённой мечети Кул-шариф, состоялось открытие и отреставрированного православного храма 16 века – Благовещенского собора, расположенного по соседству. Тогда же в Казань был возвращён Ватиканский список Иконы Казанской Божьей Матери. В нашей столице соседствуют все храмы основных мировых религий. Поликонфессиональность Казани всегда является приоритетной. Так, в июне прошлого года в городе состоялось открытие 27-го заседания Административного совета Организации исламских столиц и городов (ОИСГ). Одновременно, в Фатиме (Португалия) столица Татарстана г.Казань была принята наблюдателем в Сообщество европейских городов, отмеченных Богоматерью (европейские города со святынями). В предварительный список ЮНЕСКО, или так называемый «список ожидания», также включены Болгарский государственный историко-архитектурный музей-заповедник и Свияжский историко-архитектурный и природно-ландшафтный комплекс, являющиеся уникальными мусульманскими и православными святынями. В текущем году мною создан специальный фонд «Возрождение», который развернул масштабную работу по восстановлению этих памятников. Деятельность фонда активно поддерживается населением республики, органами власти Татарстана и Российской Федерации. Одновременно проведен форум «Объекты Российской Федерации в списке Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО: опыт по их сохранению и популяризации» с приглашением представителей власти, музейной и научной общественности, ведущих экспертов в области культурного наследия. Безусловно, эти святыни для нас представляют интерес не только как памятники культуры, но и объекты наследия, открывающие новые возможности продолжения политики мира и согласия. Несомненно, они так же могут служить примером толерантности и межконфессионального взаимодействия. Тем более, они расположены на красивейших берегах великой реки Волги, где проходят основные российские и международные туристические маршруты. Одной из форм нового осмысления сущности диалога культур стало проведение с 2005 года в столице Татарстана ежегодного Международного кинофестиваля мусульманского кино. Кинофестиваль проходит под девизом «Через диалог культур к культуре диалога». И это ежегодное мероприятие выполняет крайне важную миссию для России – знакомство с той цивилизацией, которая находится рядом, и о которой широкой российской публике порой мало что известно. Тем более, Россия в начале ХХI века все больше усиливает влияние в исламском мире и сближается с ним. Вступление России в Организацию «Исламская конференция» в качестве наблюдателя, функционирование стратегической группы «Россия – исламский мир», наконец, наличие в стране 15-20 млн. мусульман – этому наглядный пример. В фестивале принимают участие не только мусульмане, но и люди других конфессий, создавшие фильмы, отражающие культурные традиции Ислама, его историю, достижения, несущие идеи миротворчества. В связи с этим, слово «мусульманский» употребляется не в собственно религиозном, а в широком культурологическом смысле. Волею судеб Казань оказалась в центре событий Евразии. Здесь проходил Великий Шелковый путь. Существовал и другой транспортный коридор - Великий Волжский путь, соединивший Север Европы с Азией. Казань оказалась на перекрестке разных дорог, различных культур. Герцен писал: «Казань – главный караван-сарай по пути идей европейских в Азию и характера азиатского в Европу». В этой фразе емко сформулирована функция столицы Татарстана - Казани, которая занимает особое место в евразийском пространстве. В связи с этим нельзя не сказать об идеях евразийства, правильное осмысление которых, вне всякого сомнения, будет способствовать действенному диалогу культур. В тоже время развитие евразийских идей не должно противопоставляться западной цивилизации. Оно должно строиться на основе общечеловеческих ценностей, а не на соблазнах самоизоляции. На наш взгляд, для России и вновь образованных государств на этом пространстве идея евразийства может иметь вполне позитивный смысл, если она будет истолкована как равноправный союз славян, тюрков и других народов. Для этого существуют исторические предпосылки - просматриваются обнадеживающие результаты межцивилизационного диалога. В одном из своих интервью «последний евразиец» Лев Гумилев говорил: «Знаю одно и скажу Вам по секрету, что если Россия будет спасена, то только как евразийская держава и только через евразийство». С великим ученым можно согласиться с одним лишь условием: идея евразийства, действительно, станет плодотворной, если она во главу угла будет ставить интересы народов и государств, находящихся в огромном евразийском пространстве. Уважаемая Элеонора Валентиновна, уважаемые члены исполнительного совета! Признателен за возможность выступить перед представителями различных культур и цивилизаций в уважаемой международной организации, каковой является ЮНЕСКО. Зная аудиторию, присутствие здесь прекрасных аналитиков по теме сегодняшней дискуссии, я решил самоограничиться изложением, показом на примере одной территории; какие имеются возможности, на любой точке планеты, для достижения взаимопонимания и взаимоуважения на основе культуры диалога. Хочу заметить, что сегодня человечество имеет множество примеров того, как не следует выстраивать межцивилизационные отношения. И в то же время, мы располагаем крупицами бесценного опыта того, как можно учитывать самые различные интересы, этнические, культурно-исторические и религиозные традиции. В этой связи, на мой взгляд, чрезвычайно важен и актуален, как для нашей страны, так и для всего мирового сообщества принцип развития европейского сообщества - единство в многообразии. Он может содействовать продвижению вперёд и по линии понимания того, что западная цивилизация не есть синоним – мировая, сконцентрироваться на общих ценностях, а не на том, что нас разделяет. Взаимодействие с представителями других культур и цивилизаций помогает человеку увидеть этот мир как бы со стороны – другими глазами. Возможно, этот мир становится менее понятен, но более богат, разнообразен и ярок. Такого многомерного мироощущения добиться, конечно же, сложнее, чем чёрно-белого деления на «своих» и «чужих». Это не просто, над этим надо трудиться, но, я уверен, что иного пути общецивилизационного развития просто нет. Спасибо за внимание.